Logo

«Митохондриальная Ева»

«Митохондриальная Ева» – это название, которое дали журналисты общему женскому предку со­вре­мен­ных людей. В 1987 году в журнале «Nature» была опубликована работа Ребекки Канн с Марком Стонекингом и Алланом Вильсоном, посвящённая ми­то­хон­дри­аль­но­му ДНК. В этой работе ис­сле­до­ва­те­ли изучали ми­то­хон­дри­аль­ное ДНК, выделенное из плацент женщин с самыми разными предками. Сравнивая ДНК, исследователи смогли вывести па­ле­он­то­ло­ги­чес­кое древо, ведущее к одному общему предку женского пола. Исследовалось именно женское ми­то­хон­дри­аль­ное ДНК, поскольку оно передаётся только по женской линии и, соответственно, утрачивается по мужской. Вот почему журналисты дали название этому предку «Ми­то­хон­дри­аль­ная Ева» [1].

«МИТОХОНДРИАЛЬНАЯ ЕВА»

Для исследования было выбрано ми­то­хон­дри­аль­ное ДНК потому, что оно не участвует в отборе. Оно просто передаётся только от матери к ребёнку. Мутации в ми­то­хон­дри­аль­ном ДНК происходят с фиксированной скоростью [2], [3], поэтому учёные смогли установить, когда примерно жила «Ми­то­хон­дри­аль­ная Ева». Жила она около 200.000 лет назад [4]. Больше того, исследователи установили, что «Ми­то­хон­дри­аль­ная Ева» жила в Африке, поэтому 1 марта 1992 года на обложке журнала «Newsweek» были изображены мужчина и женщина негроидной внешности под заголовком «Поиски Адама и Евы» [1], [5]. В чём, в общем-то, нет ничего удивительного, поскольку все современные люди родом из Африки [6].

Поскольку история о «Ми­то­хон­дри­аль­ной Еве» очень громкая, породила массу мифов и легла в основу множества по-настоящему интересных и полезных исследований, доктор Джейн Гитсшер решила взять интервью у Ребекки Канн, чтобы узнать всё, как говорится, «из первых рук» [1]. Вот с переводом этого интервью мы и хотим познакомить наших читателей. Так же настоятельно рекомендуем посмотреть интервью Александра Соколова о «Ми­то­хон­дри­аль­ной Еве» на его YouTube канале «ScienceVideoLab» [7]. Надеемся, что эта работа позволит развенчать ещё один антинаучный миф, что тем более важно, ввиду спекуляций на тему взаимосвязи библейского предания и общего женского предка, получившегося в прессе название «Ми­то­хон­дри­аль­ная Ева».

«Митохондриальная Ева»: интервью

— Я заметила в вашем CV, что вы посещали школу в Сан-Франциско. Вы там выросли?

— Нет, мои родители переехали в Сан-Франциско из штата Айова за год до того, как я поступила в старшие классы. Они думали, что помогут нам влиться в ритм жизни Калифорнии, отдав нас в католическую школу для девочек, что они и сделали, не подозревая о том, что происходит «на улице», и что мы будем видеть по дороге в школу. Надо сказать, это было целое приключение!

— Представляю! Это был конец 60-х, верно?

— Да, это был 1967 год. Какие только наркотики мне не предлагали на улице. Им казалось это смешным – совратить пай-девочку в голубом платьице из католической школы.

— Но вы смогли закончить школу целой и невредимой.

— Что ж, очень мало девочек смогли закончить ка­то­ли­чес­кую школу, окружённые одними девочками в подростковом возрасте, и остаться целыми и невредимыми.

— Понятно, значит, во врагах у вас проблем не было.

— Конечно, была одна монахиня, которая буквально не давала мне прохода.

— Ого! Я кстати хотела спросить, судя по вашей фамилии, вы по национальности еврейка?

— Канн – это фамилия моего бывшего мужа. Первый раз я вышла замуж в 1972 году. Это было сразу после того, как я получила бакалавра в Беркли. После этого я настояла на том, чтобы мой бывший муж закончил аспирантуру, а когда он закончил обучение, в аспирантуру поступила я сама.

— Да, я читала, что вы проработали в «Cutter Laboratories» 5 лет сразу после колледжа. Это как-то сказалось на вашей дальнейшей карьере?

— Я получила бакалавра в области генетики и думала, что заниматься генетикой поведения очень интересно. Я хотела работать с приматами и людьми, потому что мне казалось, что это намного интереснее, чем изучение дрозофил. Но к тому времени, как я закончила учёбу, я пришла к выводу, что инструменты для изучения человеческой генетики ещё очень неразвиты. Это был 1972 год.

— Что ж, тогда было…

— Ничего! К тому времени не были открыты даже рестриктазы! Вот почему я решила, что устроюсь работать ква­ли­фи­ци­ро­ван­ным химиком, пока не придумаю что-нибудь получше. Работала я по ночам, поэтому могла учиться в Беркли и читать днём. Я всё искала способ применения своего интереса к изучению людей на генетическом уровне. Я работала прямо возле «почтовой комнаты», где ак­ку­му­ли­ро­ва­лась вся рассылка научных журналов. Тогда был популярен вопрос метаболизма лекарственных средств. Ис­сле­до­ва­те­лей заботила возможность не­вос­при­им­чи­вос­ти разных этнических групп к одним и тем же препаратам. Это было прозрение! Тот факт, что персональный геном обуславливает фе­но­ти­пи­чес­кий эффект, навёл меня на мысль о том, что нужно разобраться в генотипах. И это было действительно занимательно, но я тогда ещё только «набивала руку» и училась быть учёным.

— И вы научились им быть!

— О, боже, да! Эти 147 проб ДНК плацент в будущем это подтверждают.

— Да, но ведь что-то заставило вас позже вернуться к учёбе и поступить в Беркли?

— Да, это были рестриктазы! Я читала о них, я слушала лекции о них и я узнала про этого су­ма­сшед­ше­го парня – Аллана Вильсона. У Аллана была безумная идея насчёт возможности просчитать эволюцию, измеряя мутации, но для этого нужно найти одинаковый фрагмент ДНК у разных людей и разных видов, чтобы у вас были «молекулярные часы», с которыми бы вы могли проводить сравнения. Аллан сотрудничал с профессором антропологии Винсом Саричем. Они попытались решить эту проблему через работу иммунной системы. Идея была в том, что чем ближе индивиды друг другу, тем более схожи их иммунные системы. На основании этой идеи они составили древо, которое буквально сводило палеонтологов с ума. Потом были открыты рестриктазы и вместе с ними Саузерн-блот, значительно расширявший возможности исследования. Вот тогда я и решила продолжить обучение!

— И вы уже тогда знали, что хотите работать с Алланом?

— Аллан или Винс. Я тогда не понимала разницы. Мне казалось, что они делают одно дело. Винс был настоящим учёным, а Аллан нет. Аллан уже давно не работал в лаборатории. Мы даже шутили, что он не знает, как пользоваться пипеткой. Аллан был профессором биохимии, в то время как Винс был антропологом.

— Так вы получили диплом по биохимии?

— Это было проблемой! Меня признавали антропологом, и мои способности работать на одном уровне со студентами биохимиками ставили под сомнения. В этом был элемент кастовой системы. Но, как-то Аллан понаблюдал за мной в лаборатории и навёл справки насчёт моей биографии, и тогда стало легче. Я к тому времени поработала в химической лаборатории про­мыш­лен­но­го предприятия, ввиду чего я привыкла всё делать правильно. И вот, спустя совсем немного времени, я уже учила его младших аспирантов, как правильно работать в лаборатории. В какой-то момент у Аллана было 18 аспирантов и от 6 до 8 докторов наук, ввиду чего в лаборатории царила конкуренция. Это была большая лаборатория, и приходилось проявлять себя, иначе Аллан не стал бы с тобой даже разговаривать.

— Это какой год?

— 1977. Тогда я работала над плазменным белком обезьян, производя электрофорез белков в по­ли­ак­ри­ла­мид­ном геле (PAGE), с целью сис­те­ма­ти­за­ции видов и составления фи­ло­ге­не­ти­чес­ко­го древа. Это были древние приматы, популяция которых рас­про­стра­ни­лась в тропиках, и когда они оказались изолированными, они образовали новый вид.

— Итак, вы производили электрофорез белков в полиакриламидном геле…

— Да, ты стоишь с красителем Coomassie blue и задаёшься вопросом взаимосвязи между видами. Но ты не знаешь, какие белки являются какими. Тогда мы решили использовать Саузерн-блот и посмотреть, что из этого выйдет. Это была заманчивая идея, позволявшая изучить карты рестриктазы. Тогда и появился Уэс Браун. Он был доктором наук из UCSF. Работал над изоляцией ми­то­хон­дри­аль­ной ДНК в лаборатории Джерри Винограда. К сожалению, Джерри уже умер, поэтому Уэс решил работать с Алланом. Он знал, что Аллан заинтересован в «часах эволюции», и потому он сказал: «Вы в курсе, что можно отделить ми­то­хон­дри­аль­ную ДНК от ядерной, и затем развернуть её с помощью рестриктазы? Это позволит её изучить». В общем, Уэс полностью сместил направление исследований лаборатории в область митохондрий.

— А что заставило лично вас обратить внимание на митохондрии?

— Мне показалось, что это возможность раскрыть секрет ва­риа­бель­нос­ти че­ло­ве­чес­кой по­пу­ля­ции. К тому времени я накопила достаточно знаний. И насколько я понимала, исходя из найденных окаменелостей, было не ясно, что там произошло с кроманьонцами, не­ан­дер­таль­ца­ми и Homo erectus. В связи с этим я поговорила с Алланом и Уэльсом, и нам показалось, что, производя анализ митохондрий, можно закрыть этот пробел. Мы могли бы найти нашего общего предка, найти различия между популяциями древних людей и взаимосвязь современных людей с древними популяциями Африки и Азии.

— Но тогда вы уже могли себе представить, что сможете выделить ми­то­хон­дри­аль­ное ДНК древних людей?

— А почему нет? На окаменелостях уже находили следы органической ткани. А ми­то­хон­дри­аль­ных ДНК очень много! Поэтому мы знали, что вряд ли сможем поработать с ядерным ДНК, но с ми­то­хон­дри­аль­ным – вполне! Аллан тогда говорил: «Продолжай находить новые идеи. Часть из них окажутся «туфтой». Часть из них рабочей. Главное продолжать искать новые идеи»!

— Хорошо! Я хочу спросить про статью Канна и Вильсона в «Genetics» за 1983 год. Вы обработали ДНК 110 человек, выделенных из плаценты. Там были, в том числе, и люди из Африки. И в итоге, вы составили это древо. Но это древо не идентично тому, которое было опубликовано в «Nature» в 1987 году. Вы не про­де­мон­ст­ри­ро­ва­ли происхождение людей из Африки в 1983 году. По факту, вы говорили, что нет строгой корреляции между расой и гео­гра­фи­чес­ким положением, учитывая множество разнообразный мутаций. Как я понимаю, последнее не верно? Что произошло между этими двумя публикациями?

— Изменилась методика определения взаимосвязи между индивидами. В 1983 мы использовали фи­ло­ге­не­ти­чес­кое древо Фитча-Морголиаша. В 1987 году филогенетическое древо PAUP. Дело в том, что PAUP изначально не позволял использовать большое количество образцов. Но к моменту написания статья для «Nature» это уже было возможно. В общем-то, были косвенные до­ка­за­тельст­ва и в 1982 году, но я не смогла убедить Аллана. Они тогда были уверены, что люди происходят из Азии. Но в итоге Аллан согласился с моей концепцией. Я не могу сказать, что это было лучшее из возможных фи­ло­ге­не­ти­чес­ких древ, но оно было достаточно точным и под­тверж­да­ет­ся ар­хео­ло­ги­чес­ки­ми находками. И вот в 1985 году работа была готова.

— Но работу вы опубликовали только в 1987?

— Да, её долго не хотели принимать в «Nature» по политическим соображениям. Я женщина, ещё и американка. Но Аллан меня всегда поддерживал. Он был марксистом. Для него не имело никакого значения, какого пола его сотрудники. Единственное, что было важно, это то, насколько они про­фес­сио­наль­ны.

— А когда работа вышла, это сильно изменило вашу жизнь?

— Не в лучшую сторону. Мне звонили ночами. Я даже общалась с людьми из ФБР. Некоторые люди говорили, что я должна была изучать афро-американцев, а не африканцев. Меня это всё бесило. Я была просто биологом, изучавшим останки. Так делают все мои коллеги. Разница лишь в том, что они изучают животных, а я изучала людей. Меня это тогда серьёзно удручало.

— А как реагировал Аллан?

— Он был ошеломлён тем, что люди говорили, либо, что им это всё давно известно, либо ка­те­го­ри­чес­ки отвергали результаты нашей работы. Это было сложно назвать критикой. А как-то раз я услышала, что про нас сказали, будто мы получили правильный результат, но сами не поняли, как мы это сделали. И это было не справедливо. Я отлично знала, как и почему я получила правильный результат!

Источники

[1] ncbi.nlm.nih.gov/pmc/articles/PMC2877732/

[2] ncbi.nlm.nih.gov/pmc/articles/PMC4431736/

[3] ncbi.nlm.nih.gov/pmc/articles/PMC350359/

[4] ncbi.nlm.nih.gov/pmc/articles/PMC1715476/

[5] newsweek.com/eve-takes-another-fall-196346

[6] sciencedirect.com/science/article/pii/S0959437X06002073

[7] youtube.com/watch?v=xuqsu8GGz1c

[свернуть]
1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд
Загрузка...

avatar
  Подпишись!  
Уведомлять
Вставить формулу как
Блок
Строка
Дополнительные настройки
Цвет формулы
Цвет текста
#333333
Используйте LaTeX для набора формулы
Предпросмотр
\({}\)
Формула не набрана
Вставить